СОБСТВЕННАЯ ФОРМА И ПОЛНОТА
Что может обладать собственной формой?
В последнее время, в связи с новыми разработками Вячеслава Ивановича, снова, по моему мнению, актуализируется вопрос о полноте.
Ранее я только опубликовал о ней на форумах, в статьях и книгах сотни (!) страниц, не говоря уже о множестве черновых набросков. Но вот оказывается, что кое-чего весьма важного я даже не коснулся, надо наверстывать упущенное.
Начну с того, что некоторым образом связано с темой гранта ИС (поэтому и располагаю на форуме, посвященном собственным формам; в будущем, возможно, тема полноты получит свой собственный форум) – поставлю вопросы:
1. что действительно, в полной мере обладает собственной формой?
2. обладает ли собственной формой человек?
3. каким может/должен быть критерий обладания собственной формой?
В этом сообщении акцентирую внимание на первых двух из этих вопросов.
Собственность чего-либо можно понимать как принадлежность этого «чего-либо» чему-то большему; это легко формализуется в рамках логики/теории множеств, после чего наш разговор становится достаточно строгим. Но раз мы перешли в область формальной логики/математики (и, в некотором смысле, в область форм), то на первый план выступает вопрос о собственной форме самой формы. Соответственно, можно говорить о самопринадлежности – таким термином Уильям Хэтчер (Хэтчер У. О доказательстве бытия Бога) обозначает принадлежность множества С всех обусловленных объектов к классу объектов, т.е. принадлежность составного объекта самому себе. При этом он использует допущение, что «множеству C можно… придать статус объекта»
При таком допущении самопринадлежность противоречит принципу фундированности теории множеств, подразумевающему, что никакой составной объект не может быть компонентом самого себя и что не бывает бесконечных или циклических цепей компонентности (принадлежности).
Вот как поясняет парадоксальность самопринадлежности У. Хэтчер: «Чтобы вкратце продемонстрировать парадоксальную природу самопринадлежности, проделаем такое рассуждение: очевидно, что нельзя сформировать множество объектов до тех пор, пока не сформирован каждый из входящих в него объектов (например, моё тело в его нынешней форме не может существовать до тех пор, пока не будет существовать каждая из составляющих его в данный момент клеток). Таким образом, множество C не сможет существовать до тех пор, пока не будет существовать всякий обусловленный объект. Однако множество C само является обусловленным объектом, и поэтому C не может существовать, пока не будет существовать C, которое, в свою очередь, потребует для своего существования наличия C, которое… – и мы получаем бесконечную регрессию (или замкнутую цепь, в зависимости от точки зрения на данный предмет)…».
К вопросу о парадоксальности (логической противоречивости) действительного (полного) обладания собственной формой можно прийти и другими путями; так или иначе, миновать проблему краевой логической противоречивости при разговоре о собственных формах можно только за счет отказа от полной и строгой формализации.
Примерно о том же говорится в теореме Геделя о неполноте, в которой доказано, что полнота описания достаточно развитой системы в рамках непротиворечивой логики невозможна (сообщение об этом я для справок поставлю на параллельную ветку повторно).
Цитата (немного измененная):
«В соответствии с этой теоремой (Геделя) теоретически возможны два варианта:
• либо неполнота описания системы при его логической непротиворечивости; (1)
• либо полнота описания при логической противоречивости. (2)
Соответственно, имеется дилемма: что «лучше» – полнота или логическая непротиворечивость»?
Впрочем, об этой дилемме речь, собственно, не шла: преимущество логической непротиворечивости перед полнотой было как бы само собой разумеющимся. Практически всегда легитимным вариантом из двух, указанных выше, в науке и в философии традиционно являлся первый – неполнота описания системы при его логической непротиворечивости.
Этот вариант вполне устраивал (и сейчас устраивает) подавляющее большинство исследователей:
• принципиальная недостижимость полноты описания означает возможность бесконечного теоретизирования, бесконечного прогресса в науке;
• логическая непротиворечивость описания отвечает всей исследовательской практике в макроскопическом предметном мире.
Вплоть до настоящего времени серьезных возражений такой «выбор» не вызывал. Соответственно, именно он выражает фундаментальную парадигму западного рационального мышления (впрочем, здесь даже трудно говорить о «парадигме» – настолько всеохватывающим, естественным и несомненным представляется этот «выбор»).
Однако в ХХ веке ситуация изменилась.
С развитием науки и техники физики продвинулись в области «невидимого»; в частности, стали возможными исследования в микромире (атомная физика, физика элементарных частиц…), приведшие в итоге к торжеству квантовой механики. Был достигнут, так сказать, минимум, «край» – например, деление элементарных частиц не приводило к их бесконечному размельчению, а давало частицы того же порядка малости (а иногда даже и с большей массой).
«Край» был достигнут и в теории относительности (максимальность скорости света), а также в космологии (теория замкнутой вселенной Фридмана). А в ХХ1 веке «на край» в философии неовсеединства В.И. Моисеева вышла математика/логика (что выразилось, в частности, в представлении о L-противоречиях).
Оказалось, что «на краю» традиционные представления о мире, скажем мягко, не вполне адекватны. В частности, исследователи в краевых теориях столкнулись с фактами краевой логической противоречивости, снять, обойти которую оказалось очень трудно, если не невозможно.
С другой стороны, достижение «края» позволяет говорить о возможности построения «абсолютной системы», являющейся предельной для развивающихся научных и философских систем. В физике, например, в этом плане стали говорить о «Теории Великого Объединения», единящей в себе теории всех основных физических взаимодействий.
Таким образом, появились определенные предпосылки для своего рода парадигмальной инверсии от варианта (1) к варианту (2).
Шаг к новой парадигме был сделан в Интегралике:
Вместе с введением принципиально нового понятия парадоксальной метафизической полноты (одновременно единичной и множественной; включающей в себя всё, в т.ч. всякую другую полноту и саму себя) была показана легитимность краевой логической противоречивости.
Это означало, что легитимной и, более того, определяющей фундаментальную парадигму новой рациональности предполагается пара варианта (2):
полнота описания – логическая противоречивость
Оказалось, что при такой легитимизации краевой логической противоречивости снимаются многие ранее неразрешимые научные проблемы и, более того, появляется возможность осуществления интегрального выведения, означающего:
В метафизике – выведение развитых философских систем, способных осуществляться в модусе полноты и, соответственно, составляющих устойчивую философскую реальность.
В физике – выведение конкретных принципов и законов физического мира из общих законов метафизики.
В психологии – построение неэмпирической и неэвристической модели психики, обоснованной из более широких соображений, чем собственно психологические.
Переход к парадигме (2) не означает, однако, отказа от парадигмы (1) – каждая из них справедлива для работы в своей области: парадигма (1) – в классической, «макроскопической» области; парадигма (2) – в краевой области (для квантовых и релятивистских процессов). При этом переход от парадигмы (1) к парадигме (2) осуществляется в результате трансформационного квантового скачка, завершающего череду приближающих трансляций.
Парадигмы (1) и (2) не являются полностью независимыми одна от другой, а дополняют друг друга и единятся в полноте интегрального подхода (в квантовой механике это выражается как требование, чтобы измерительная система при измерениях характеристик квантовой системы была не квантовой, а классической).
Таким образом, полнота и адекватность картины мира достигается при парадоксальном единении в интегральной парадигме двух дополнительных парадигм: характеризующейся логической непротиворечивостью (1) и логической противоречивостью (2), причем первичной является парадигма (2).
Соответственно, ни в коей мере не отрицается необходимость в наших построениях пути бесконечного, «неточного» приближения к собственной форме – «истина» в единении двух моделей (логически противоречивой и непротиворечивой); на языке Интегралики, полнота необходимо включает путь к самой себе.
О проблеме границы
Введение понятия полноты (всеполноты, включающей в себя и определяющей/придающей форму абсолютно всему) может вызвать примерно такое возражение:
«Как только мы фиксируем понятие, то тут же появляется его граница, и за границей отсутствует верификация (данное понятие может не работать)».
Но дело как раз в том, что именно введение понятия логически противоречивой полноты как раз и снимает (в одной из двух дополнительных моделей) это возражение:
Полнота превышает сама себя – как только мы устанавливаем ей границы, она тут же парадоксальным образом превышает себя, взятую в этих границах. Она оказывается парадоксальной, двойственной - и обладающей четкой границей, и превышающей эту границу, захватывающей ее в себя. Понять, представить это нельзя, но так же нельзя представить и многие явления на краю, в микромире, где, однако, квантовая механика работает вполне эффективно (многие физики и не пытаются представлять краевые процессы - просто используют полученные формулы для достижения практических результатов.
Более строго и ясно о понятии полноты написал В.И.Моисеев, введя понятие «философской бесконечности», в некотором смысле аналогичной обычной математической бесконечности (см., например, статью в журнале «Кредо» «Концепт полноты: от математики к философии»):
«В простейшем виде концепт полноты реализует себя в завершении множества натуральных чисел 1, 2, 3, … В самом деле, каким образом происходит завершение и достигается полнота всего множества чисел?
В порождении всё новых чисел фундаментальной является операция образования следующего числа n+1 на основе предыдущего числа n. Поскольку для любого натурального числа элемент n+1 не равен n, то на основе такой операции невозможно остановиться ни на одном конечном числе. И только переход к бесконечности ∞ впервые позволяет достичь остановки, поскольку ∞+1 = ∞. Так получается завершение множества натуральных чисел, достигается его полнота и законченность. В этом случае особенно ярко видно, что бесконечность ∞ играет здесь роль фактора полноты.
Нельзя ли и в философии ввести некоторый элемент («полноту»), который бы играл подобную же роль восполнения и завершения разного рода философских концептов?
По крайней мере, пока можно рассматривать возможную гипотезу о существовании некоторой «философской бесконечности» или «полноты», которая могла бы играть подобную роль».
Доказательство действительного существования такой полноты (или отвечающей ей актуально-потенциальной бесконечности) проводится нами, в частности, в статье «Интегральное доказательство бытия Бога»; некоторые другие возможности такого доказательства будут рассмотрены мной в отдельных сообщениях.
Таким образом, в понимании бесконечности мы видим двойственность, понимаемую в Интегралике как двухмодельность:
С одной стороны, рост бесконечности не останавливается, «фундаментальной является операция образования следующего числа n+1 на основе предыдущего числа n», но с другой стороны, «переход к бесконечности ∞ впервые позволяет достичь остановки, поскольку ∞+1 = ∞».
Соответственно, понятие полноты является принципиально парадоксальным; краевое самоосуществление такой парадоксальности как раз и отвечает той принципиальной новизне, которой обладает полнота в Интегралике.
Ключевое слово здесь – «самоосуществление», означающее динамизм, процессуальность, временной характер бесконечности и, вместе с этим, полноты (при ее статичности, завершенности в другой, дополнительной модели).
Таким образом, действительное обладание собственной формой возможно только сущностью, осуществляющейся в своей полноте; собственная форма оказывается и самим пределом обладающего ею, и процессом ее достижения.
Понимание собственной формы как чего-то наличного, ставшего является однобоким; оно должно дополняться ее самоосуществлением в сознании человека, обладающего этой формой. В этом смысле, видимо, близок к истине С.А. Борчиков, когда пишет, что «что существует СОЦИОКОД независимо от того, представляет ли он тривиальные или фундаментальные структуры. И существует ПРОТОКОД, который представляет высочайшей степени метафизические структуры. Для пртокода не принципиально, к чему он может быть приложен: к фюзису, к биосу, к социуму или к логосу. Он всё едино - протокод».
Но здесь, по моему мнению, необходимо уточнение, что социокод в своей полноте (представляющий краевые, фундаментальные структуры) также является протокодом (более низкого уровня, на языке В.И.Моисеева – «малой полнотой»). То же, что С.А.Б. называет «протокодом», в терминах ВИМа может называться «большой полнотой». Впрочем, с терминами, по моему мнению, нам надо будет еще хорошо поработать – и для их унификации (чтобы снять или уменьшить имеющуюся разноголосицу), и для большего семантического соответствия тому, о чем мы хотим что-то сказать.
(продолжение следует)
Собственная форма и полнота
Re: Собственная форма и полнота
О квантовой метафизике
В одной из последних лекций Вячеслава Ивановича было предложено новое понятие – квантовая метафизика. В философской среде, однако, имеется мнение/возражение, что связывать в одном понятии, как представляется, сугубо научное понятие («квантовая») и философское понятие («метафизика») как минимум не совсем корректно. В соответствии с критерием научности Поппера научным является то, что в принципе можно фальсифицировать. Поскольку же фальсифицировать философию нельзя (философы постулируют свои утверждения, проверить и фальсифицировать их с помощью научных экспериментов нельзя), то, значит, философия наукой, по крайней мере, по Попперу, не является. Соответственно, в сочетании «квантовая метафизика» происходит неправомерное смешение науки и философии.
В настоящей заметке я, однако, приведу некоторые аргументы в защиту того, что в некоторых случаях говорить о квантовой метафизике (как и о математической философии) вполне правомочно и, более того, необходимо. (Здесь речь идет именно о квантовой метафизике, а не о метафизике квантовой теории; относительно правомочности второй сомнений, кажется, нет ни у кого.)
Чтобы обосновать понятие квантовой метафизики, следует установить – чего нет в классической метафизике того, что есть в квантовой метафизике. При этом такое «квантовое дополнение» должно быть:
• всеобщим (и даже более общим, чем фундаментальные положения классической философии);
• должно превышать классическую философию, быть высшей философией, но при этом сохранить себя как науку.
Иными словами, квантовая метафизика должна быть и «мостом» между наукой и философией, и самой высшей философией (с которой она же осуществляет связь). Она должна быть связью себя с самой собой, что можно понимать как определение по кругу; соответственно, она на своем пределе должна быть логически противоречивой. Такая логическая противоречивость отправляет нас к логике, к ее «чистому» выражению – к математике и, вместе с этим, к науке, к новой рациональности, в рамках которой логика дополняется логической противоречивостью.
Как было отмечено в одной из предыдущих заметок («Что может обладать собственной формой?»), к логической противоречивости новой, краевой философии мы приходим в связи с фактами наличия таковой у «краевых наук», к которым относятся квантовая механика и теория относительности.
Соответственно, высшая, краевая философия естественным образом может пониматься не только как квантовая метафизика (что конкретно аргументируется в настоящей заметке), но и как релятивистская метафизика (о чем будет идти речь в других наших сообщениях).
При этом она должна единить в себе и квантовую метафизику, и релятивистскую метафизику, и классическую (срединную, макроскопическую) метафизику (которая ею не отрицается, а, напротив, является для нее фундаментом). Соответственно, краевая, высшая философия должна быть интегральной, причем интегральность ее должна быть полной – единящей в себе интегральность 1-го и 2-го родов.
Другие аргументы в защиту понятия квантовой метафизики я приведу в следующих сообщениях.
(продолжение следует)
В одной из последних лекций Вячеслава Ивановича было предложено новое понятие – квантовая метафизика. В философской среде, однако, имеется мнение/возражение, что связывать в одном понятии, как представляется, сугубо научное понятие («квантовая») и философское понятие («метафизика») как минимум не совсем корректно. В соответствии с критерием научности Поппера научным является то, что в принципе можно фальсифицировать. Поскольку же фальсифицировать философию нельзя (философы постулируют свои утверждения, проверить и фальсифицировать их с помощью научных экспериментов нельзя), то, значит, философия наукой, по крайней мере, по Попперу, не является. Соответственно, в сочетании «квантовая метафизика» происходит неправомерное смешение науки и философии.
В настоящей заметке я, однако, приведу некоторые аргументы в защиту того, что в некоторых случаях говорить о квантовой метафизике (как и о математической философии) вполне правомочно и, более того, необходимо. (Здесь речь идет именно о квантовой метафизике, а не о метафизике квантовой теории; относительно правомочности второй сомнений, кажется, нет ни у кого.)
Чтобы обосновать понятие квантовой метафизики, следует установить – чего нет в классической метафизике того, что есть в квантовой метафизике. При этом такое «квантовое дополнение» должно быть:
• всеобщим (и даже более общим, чем фундаментальные положения классической философии);
• должно превышать классическую философию, быть высшей философией, но при этом сохранить себя как науку.
Иными словами, квантовая метафизика должна быть и «мостом» между наукой и философией, и самой высшей философией (с которой она же осуществляет связь). Она должна быть связью себя с самой собой, что можно понимать как определение по кругу; соответственно, она на своем пределе должна быть логически противоречивой. Такая логическая противоречивость отправляет нас к логике, к ее «чистому» выражению – к математике и, вместе с этим, к науке, к новой рациональности, в рамках которой логика дополняется логической противоречивостью.
Как было отмечено в одной из предыдущих заметок («Что может обладать собственной формой?»), к логической противоречивости новой, краевой философии мы приходим в связи с фактами наличия таковой у «краевых наук», к которым относятся квантовая механика и теория относительности.
Соответственно, высшая, краевая философия естественным образом может пониматься не только как квантовая метафизика (что конкретно аргументируется в настоящей заметке), но и как релятивистская метафизика (о чем будет идти речь в других наших сообщениях).
При этом она должна единить в себе и квантовую метафизику, и релятивистскую метафизику, и классическую (срединную, макроскопическую) метафизику (которая ею не отрицается, а, напротив, является для нее фундаментом). Соответственно, краевая, высшая философия должна быть интегральной, причем интегральность ее должна быть полной – единящей в себе интегральность 1-го и 2-го родов.
Другие аргументы в защиту понятия квантовой метафизики я приведу в следующих сообщениях.
(продолжение следует)
Re: Собственная форма и полнота
В работе "Метакод и протокод", обсужденной прошлой осенью и опубликованной зимой, я отмечал, что социокодов - легион: любой флаг, гимн, название предприятия, мода, рекалама, миф и т.д. есть социокод.Игорь Шашков wrote:...по моему мнению, необходимо уточнение, что социокод в своей полноте (представляющий краевые, фундаментальные структуры) также является протокодом (более низкого уровня, на языке В.И.Моисеева – «малой полнотой»).
Когда Вы пишете слова "социокод в своей полноте", то что Вы имеете в виду: полноту гимна или женской шляпки?
Какие структуры должен представлять социокод, чтобы стать 1) мета-социокодом, 2) прото-кодом, 3) социо-протокодом? Нельзя ли привести конкретные примеры таких структур? А то получается, если мы исхитримся выразить математическими символами женскую зависть к модной одежде или совместное передвижение камня двумя мужиками, то социокод тут же превращается в протокод, ничего в жизни (социуме) не меняя. Странно всё это и далеко от социологии.
С этим, пожалуй, соглашусь. В той же работе "Метакод и протокод" я вывел формулу протокода:Игорь Шашков wrote:То же, что С.А.Б. называет «протокодом», в терминах ВИМа может называться «большой полнотой.
h = tr•td•im
где h - протокод,
tr - трансцендентное,
td - трансцендентальное,
im - имманентное,
• - символ суперпозиции.
Поскольку tr + td + im охватывают всё, постольку протокод вполне можно считать большой = предельной полнотой.
Re: Собственная форма и полнота
- Да, конечно, социокодов легион. И заниматься ими «самими по себе» (без нахождения того общего – социопротокода – что определяет и верифицирует их структуру, их «синтаксис») – это дело, вообще-то, социологов. И меня почему-то не покидает уверенность, что они справятся с этим делом лучше (или, как минимум, не хуже), чем метафизикиСергей Борчиков wrote:В работе "Метакод и протокод", обсужденной прошлой осенью и опубликованной зимой, я отмечал, что социокодов - легион: любой флаг, гимн, название предприятия, мода, рекалама, миф и т.д. есть социокод
![Улыбается :)](./images/smilies/icon_e_smile.gif)
- Ни то, ни другое. Всякая сущность может быть взятой в модусе полноты (и гимн, и шляпка), но при таком взятии она уже не выглядит как привычная, представленная нам (что мы можем понимать, в частности, как сущее), а «выглядит» именно как полнота, т.е. дается нам только как факт своего наличия для нас. Вся конкретность («семантика») сущего прячется, вместе с конкретностью всякого другого сущего, в своей полноте.Сергей Борчиков wrote:Когда Вы пишете слова "социокод в своей полноте", то что Вы имеете в виду: полноту гимна или женской шляпки?
Тут возникает естественный вопрос: «Но чего ради тогда это полнота конкретно гимна или конкретно шляпки? Ведь она всё в себя включает – и гимн, и шляпку, и всё прочее? Так какой прок от такой полноты?
Ответ следующий.
То, что полнота включает в себя путь к самой себе – это не какое-то непринципиальное дополнение к определению полноты. Полнота для наблюдателя-мыслителя, осуществляющего путь к ней, «маркируется» этим путем к ней, «маркируется» «точкой входа» мыслителя. И эта маркировка имеет принципиальное значение. Резонанс (и действительное взятие полноты) достигается в том случае, если путь к полноте и путь от полноты образуют кольцо, первый начинается, а второй заканчивается в одной точке – точке входа мыслителя.
По какому пути мыслитель пришел к полноте, тот путь и будет успешным путем выведения/перехода от полноты к частичности. Мыслитель строит теорию («синтаксис») – соответственно, он сможет перейти к гимну или шляпке именно теоретически (установив рамочные правила для адекватного разговора о гимне или шляпке). Здесь должен отметить, что эти рамочные правила не всегда тривиальны, а, напротив, могут приводить к принципиально новым результатам (и иногда позволяют отбросить некоторые, казалось бы, очевидные результаты).
А можно ли прийти к краю, к полноте на физическом уровне (без какого-либо теоретического сопровождения), маркируя, например, этот путь конкретной шляпкой? Или по-другому: можно ли перейти от сингулярности Большого взрыва к реально наблюдаемой картине существующего в настоящий момент физического мира? Вывести из начальной вселенской полноты, например, конкретную форму шляпки (или, выведение чего еще труднее представить, зависть другой женщины по поводу этой шляпки)?
– Если бы человек мог бы как-то «знать» себя (ощущать, бытийствовать… – подходящего термина у меня нет) как физическую сущность во всей своей полноте, то он «знал» бы и весь свой путь к своему нынешнему телесному состоянию. Но человек «знает» на «знательном», мыслительном, теоретическом уровне – и, соответственно, к своей конкретной телесности, к своему конкретному существованию в конкретной точке физического пространства-времени в рамках какой-либо теории прийти не может.
Он может, в принципе, получить/вывести все фундаментальные, общие законы своего существования на всех уровнях (физическом, психическом, социальном…), в частности, получить/вывести социопротокод, но вопрос о конкретной шляпке или гимне должен будет решать не теоретически, а эмпирически.
(Впрочем, в некоторых случаях возможно и непосредственное, внетеоретическое постижение шляпки или гимна, но эту тему, требующую отдельного обсуждения, здесь рассматривать, по моему мнению, не совсем уместно.)
Если бы человек мог взять свой путь, свою судьбу, на всем его протяжение (во всей его полноте), то картина мира для него была бы полностью определенной, обусловленной в любой момент времени его (мира) существования.
Но физическая жизнь человека осуществляется на крохотном линейном отрезке Большого резонансного кольца, единящего в своей полноте полноту человека и полноту мира; «выскочить» из этого кольца, из общего пространства-времени, и посмотреть на него снаружи человек обычно не в состоянии. Так что пусть пока выведение шляпки останется за пределами наших изысканий
![Улыбается :)](./images/smilies/icon_e_smile.gif)
– Нет, не получается. Получается математическое выражение «микросоциокода» (если о таковом вообще можно говорить), получается математическое/символическое (иногда принципиально новое и очень даже полезное) женской зависти к модной одежде или совместного передвижения камня двумя мужиками.Сергей Борчиков wrote:...получается, если мы исхитримся выразить математическими символами женскую зависть к модной одежде или совместное передвижение камня двумя мужиками, то социокод тут же превращается в протокод, ничего в жизни (социуме) не меняя.
Потеря социо-протокода
Я не отрицаю, что есть общий социокодл для частных социокодов. Я отрицаю, что этот общий, всеобщий социокод есть социальный ПРОТОКОД. Вы меня не разубеждаете, а просто повторяете мне то, что я отрицаю, как будто от повтора мое мнение изменится.Игорь Шашков wrote:Да, конечно, социокодов легион. И заниматься ими «самими по себе» (без нахождения того общего – социопротокода – что определяет и верифицирует их структуру, их «синтаксис»)...
Во-первых, ни гимн, ни шляпка не есть сущности, а есть конкретные социальные факты.Игорь Шашков wrote:Всякая сущность может быть взятой в модусе полноты (и гимн, и шляпка), но при таком взятии она уже не выглядит как привычная, представленная нам (что мы можем понимать, в частности, как сущее), а «выглядит» именно как полнота, т.е. дается нам только как факт своего наличия для нас.
Во-вторых, даже если у этих фактов сначала опредлить сущность, затем взять их сущности в их полноте, то, действительно в уме "определителя" и "брателя" останется одна чистая полнота. Только при этом от реальных социальных гимна и шляпки и следа не останется. А следовательно, не останется и следа от социологии и тем более от социального протокода.
Re: Собственная форма и полнота
Я здесь беру слово "сущность" не как сущность чего-либо (что более-менее отвечало бы Вашему пониманию), а как указание на нечто (иногда в этом смысле говорят "чтойность", иногда "нечтойность", ... а иногда используют и слово "сущность", я в этом не первый).Сергей Борчиков wrote:...ни гимн, ни шляпка не есть сущности, а есть конкретные социальные факты.
На другие Ваши замечания ответы (прямые или косвенные) будут в моих следующих, намеченных ранее сообщениях (не хочу нарушать их последовательность). Возможно, уже сегодня (ближе к вечеру).